Александр Маршал - Рота текст песни

А вокруг бродит смерть, Горы в страхе застыли, До конца догореть В этой огненной пыли. Рота уходит на небо Строем, один за другим. Бог здесь давно уже не был, Он ведь на всех нас один. Умирал командир, Оставались мальчишки, Передал он в эфир: Уходили они Под свинцовые трели, И весенние дни В их глазах леденели.

Форум города Силламяэ

Бог здесь давно уже не был, Он ведь на всех нас один. Рота уходит на небо Бог здесь давно уже не был, Он ведь на всех нас один.

Шарль Фердинанд Рамю. Великий страх в горах превратившийся в камень, застывшие водовороты, потоки, кипение, брызги.

И ветер порывистый, могущий снести. И белый снег, и реки далёкие, Картины из скал встречаешь в пути. Мощен и могуч всё это пройти, Не важны ни свой вес, ни погода. И зачем же сюда нас тянет идти? Зачем люди ходят в походы? И домик уютный, искрящийся снег, И снизу открытые виды? Ничего нет красивее в мире. Среди всех шедевров, красот и вершин Грустно мне и чуть не плачу я.

Средь всех ощущений нахожусь я один, И мне здесь так не хватает тебя. Вершины к себе в гости манят. И льдом, и луной, игривостью скал, Но все безмерно низки без тебя. Ты выше их всех, они ничто без тебя, Лишь только с тобой приятны они. И больше, чем их, люблю тебя я, Лишь о тебе все мысли в пути? Медленный дождь словно тягостный сон.

Станица Бекешевская КавМинВоды

Но перед лицом злобного и жадного князя-бога Пука они дрожали, как овцы пред стаей шакалов. Поклонялись нарты князю-богу Пуку, покорно сгибали пред ним спины, несли в дань ему все лучшее: Довольно носить дань козлинобородому трусливому Пуку!

Текст Песни Казян (ОУ74) – В гору Это планета пляшет вокруг костра Со своими близкими. Сжигать тот страх, джода чиста как искра.

Горой Малых Богов называют его кочующие здесь оленеводы народности манси. И это название неслучайно. На ровной поверхности хребта возвышаются семь причудливых каменных фигур. Одна напоминает окаменевшую женщину, другая — льва, третья — умудренного старца с поднятой рукой. По-вогульски Койп — это барабан. Одна из легенд народа манси связывает эту вершину с ее знаменитыми соседями.

Некогда семь великанов-самоедов шли через горы в Сибирь, чтобы уничтожить вогульский народ.

Легенда о происхождении целебных вод у горы Железной

Май года Кавказский пленник В. Потащили его по землице далёкой, А он этой же ночью под утро сбежал. Но поймали его, били долго, жестоко, И он несколько дней без сознанья лежал. Через день он опять убежал из ущелья, Его выдала алая кровь на снегу. Ну а мать всё просила у Бога прощения, И шептала: За грядой перевал, а за ним перевалы.

Замолчал пулемет, Снег тихонечко тает, Кто затих, кто живет, Кто от ран умирает. А вокруг бродит смерть, Горы в страхе застыли. До конца догореть.

Обожаю эту группу, и их творчество, голос супер. Король ушел , а прислуга осталась. Князев писал отличные песни. Михаил, покойся с миром. Мы тебя не забудем.

Дремлет за горой, мрачный замок мой.

Сын, простясь, на войну уходил. Их пятьсот пацанов в воскресение Эшелон на Кавказ увозил. У него сын любимый единственный С детства с батей без матери рос, Он не плакал, когда вместе с письмами, Почтальон похоронку принёс. Он не плакал и ночи простаивал У штабов, что в чужих городах, Он не плакал, но твёрдо настаивал, И искал сына днями и в снах. На него офицеры ругалися:

Таинственность и богатство Ловозерских гор вокруг священного озера Капли его алой крови застыли и превратились в камень. с горы, когда глянешь в него, — дух от страха заходится (раййк — дыра, отверстие, пробоина).

Замолчал пулемёт, снег тихонечко тает, Кто затих, кто живёт, кто от ран умирает. А вокруг бродит смерть, горы в страхе застыли, До конца догореть в этой огненной пыли. Рота уходит на небо, Бог здесь давно уже не был, Он ведь на всех нас один. Умирал командир, оставались мальчишки, Передал он в эфир: Уходили они под свинцовые трели, И весенние дни в их глазах леденели.

Король и шут

Легенда о происхождении целебных вод у горы Железной Могучим было племя нартов-богатырей, и их сердца не знали страха перед врагами. Но перед лицом злобного и жадного князя-бога Пука они дрожали, как овцы пред стаей шакалов. Поклонялись нарты князю-богу Пуку, покорно сгибали пред ним спины, несли в дань ему все лучшее:

Священные горы Родопы возвышаются, словно с раскрытой душой, как будто горы застыли в страхе передать людям ключ ко всему.

Мой друг тоскует по горам Он альпинист до мозга костей И этот странный гонорар Он заработал у судьбы своей В его душе - сиянье ледников, Ущелья, скалы, только и всего Ведь стойкий вирус гор и облаков Навеки инфицировал его В плацкартах и дешевых номерах Намного жизнь привычней для него Мой друг скитается в горах И с этим не поделать ничего И месяцами нет его в Москве Где пропадает? Люди не поймут И горы, только горы в голове И нет там места больше ничему Когда вокруг галдели, он молчал Да не любил он попусту болтать В горах он что-то важное познал, Чего здесь на равнинах не понять А женщина тоскует по ночам, Она устала бесконечно ждать А он, мятежный, верен лишь горам Он альпинист.

Как это не понять?! Юрий Гарин Ты помнишь, дружище, походные дни: Да разве можно всё это забыть?!

Текст песни(слова) Король и Шут(КиШ) - Воспоминание о былой любви

Не бойся, я с тобой. Пусть горечью осядет на деснах боль, На коже вспыхнет крик, И всё же ты навеки в моих руках! Ангелов белокрылых Слышишь ли в небе хоры?

Вспомним все про чеченские горы, И как вместе мы . В горах всегда быстро темнеет, Туман застилает Горы в страхе застыли, До конца догореть в.

Тетуев Хадис …К своей трудной, высокой судьбе он шёл мужественно и честно… Столетию со дня рождения великого поэта Кайсына Шуваевича Кулиева Однажды в Ереване внимание Кайсына Кулиева привлекла пословица, оброненная кем-то в разговоре: Вершиной балкарской поэзии и одной из вершин поэзии Кавказа и всей нашей многонациональной литературы был Кайсын Кулиев. Он любим всюду в стране, был любим в Армении и признан здесь официально, удостоен звания заслуженного деятеля культуры Армении.

Кулиев всю жизнь писал об одном, о главном — о доброте. И он никогда не повторялся, потому что доброта его души, испытавшей тяжкие жизненные невзгоды, была бесконечной, как бесконечна благодать света. Он многое пережил, и душа его полна была благодати мудрости и света. Он учил нас, одержимых идеей новаторства: Именно в этом смысле Кулиев — поэт и человек — был новатором. Для меня поэзия Кулиева — звезда над дорогой, которой я иду.

Несмотря на превратности судьбы, было в нём что-то и сильно возрожденческое. А крупная, неординарная личность — гораздо более редкое явление, чем крупный, неординарный поэт, хотя, конечно, поэт — это прежде всего личность. Поэтому, собственно, и говорят, что пишущих стихи много, а поэтов мало. В хмурые же сталинские времена пишущих стало ещё больше, а поэтов стало ещё меньше.

стеклянная тропа страха, высота 1430м. гора Тяньмэнь, Чжанцзяцзе, Китай